Как ни удивительно, самое слабое место "72 метров" — это предмет отдельной гордости авторов, а именно музыка легендарного Эннио Морикконе. Даже если она специально свеженаписана, а не вытащена из композиторских запасников, она тут чужеродна.
Актёры наши дражайшие — лучшее, что есть в этом киномусоре. Причем, мы же им всё простим, уж они-то люди подневольные: личиками, ручками, ножками подвигали, глазками посмотрели, в роль вошли, денег получили — и ладно.
Моряки вышли очень живыми и, что главное, совсем не похожими на тельняшки, фаршированные пафосом. Получилось «народное кино», в самом лучшем смысле слова. Все просто: мужчины шутят и тонут, женщина ждет на берегу своего лейтинанта. Обвинения...
Как ни удивительно, самое слабое место "72 метров" — это предмет отдельной гордости авторов, а именно музыка легендарного Эннио Морикконе. Даже если она специально свеженаписана, а не вытащена из композиторских запасников, она тут чужеродна.
Актёры наши дражайшие — лучшее, что есть в этом киномусоре. Причем, мы же им всё простим, уж они-то люди подневольные: личиками, ручками, ножками подвигали, глазками посмотрели, в роль вошли, денег получили — и ладно.
Моряки вышли очень живыми и, что главное, совсем не похожими на тельняшки, фаршированные пафосом. Получилось «народное кино», в самом лучшем смысле слова. Все просто: мужчины шутят и тонут, женщина ждет на берегу своего лейтинанта. Обвинения...